coronavirus-photo-3943882-ConvertImage

COVID-19: цена хрупкости

Проблема, с которой сегодня сталкивается мир (пандемия COVID-19), была предсказана и неоднократно поднималась Н. Талебом – автором всемирно известных бестселлеров “Черный лебедь: под знаком непредсказуемости и антихрупкости”.

13 лет назад в своей книге “Черный лебедь” мыслитель писал об угрозе новых вирусов в контексте современной глобализации.

Действительно, пандемию COVID-19 вряд ли можно назвать черным лебедем, что сам Н. Талеб признал в интервью Bloomberg. Локализовать угрозу и предотвратить ее распространение за пределы Китая не удалось. Как и ожидалось, при свободном передвижении людей вирус быстро распространился и достиг практически всех стран мира, заметно расшатав мировую экономику.Финансовые рынки отреагировали на пандемию. Правительства начали снижать ставки (Федеральная резервная система США снизила ставку рефинансирования дважды, сначала до 0,5%, а затем до 0,25%) с целью снижения негативного влияния на экономическую активность и выделения государственных субсидий предпринимателям, которые начали терпеть убытки, и гражданам, оказавшимся в сложной ситуации.

Масштабы пандемии также повлияли на цены на нефть, откатив их назад к ценам 2002 года. Крупные компании были вынуждены временно приостановить проекты и отправить работников либо в оплачиваемый отпуск, либо установить дистанционный режим работы. В некоторых странах работников даже попросили подать заявление на неоплачиваемый отпуск.

Государства ввели чрезвычайное положение, ограничив передвижение людей или запретив его всем вместе. Государства признали пандемию коронавируса форс-мажорным событием, выдав соответствующие сертификаты сторонам соглашения, реализация которого стала невозможной.

После несложных вычислений можно обнаружить геометрическую прогрессию роста зараженных. Так, количество инфицированных людей начинает увеличиваться со второй недели, а с четвертой, как правило, масштабы заражения растут в несколько десятков раз (вывод основан на изучении статистических данных из Китая, США, Италии, Испании, Франции). Представляется не совсем уместным определять пик или момент, когда вирус приходит в упадок. Опыт Китая свидетельствует о том, что сокращение числа инфицированных людей напрямую связано с мерами, принимаемыми правительствами.

Пандемия коронавируса, возможно, и не стала черным лебедем, сам автор назвал ее белым лебедем, но она, несомненно, преподала нам всем хорошие уроки, особенно правительствам. Мир уже видел пандемии, видел их масштабы и последствия (например, пандемия испанского гриппа, от которой погибло 5% населения планеты, и гонконгский грипп, от которого погибло 1 млн человек), но страны не приняли надлежащих мер по предотвращению этого заболевания. Ни сами граждане, ни экономика, ни частный сектор, а главное, система здравоохранения, особенно в развивающихся странах, фактически не были готовы к катастрофе такого масштаба. Вот что сказал по этому поводу Талеб:

“Не видеть приближения цунами или экономического кризиса простительно; создание хрупкого дома или хрупкой экономической системы является преступлением.”

Когда вирус вышел за пределы Китая, не все страны оценили серьезность угрозы и приняли соответствующие меры. Хотя трудно сказать, что кто-то опередил кривую, но можно сделать вывод, что сам Китай сейчас стал сильнее. В отличие от других стран, она прошла испытание на прочность, укрепив свою систему здравоохранения и сделав соответствующие выводы, которые мы все равно увидим через принятые ими законы и нормативные акты.

Действительно, пережив эпидемию, Китай продемонстрировал анти-хрупкость. Отсутствие скоординированных, хорошо продуманных действий во многих странах, то есть протоколов безопасности (плана действий в особой ситуации), сыграло свою роль в случае многих стран. Это может показаться смешным, но в США Пентагон разработал протокол даже на случай атаки зомби (CONOP-8888). Но, несмотря на существование таких протоколов, сегодня Соединенные Штаты превзошли по количеству инфицированных, и все же реализация профилактических мер не наблюдается.

Последствия пандемии, безусловно, скажутся на рынках и бизнесе. Многие проекты могут столкнуться с сокращением бюджета, и рынку услуг, включая юридические фирмы и консалтинговые компании, придется пересмотреть свою ценовую политику. Сегодня крупные юридические фирмы сокращают зарплаты своим партнерам, сотрудникам, а некоторые и вовсе отменяют любые выплаты партнерам.

Мы должны ожидать дальнейшего роста ИТ-проектов, расширения услуг доставки, внедрения онлайн-сервисов там, где этого раньше не было, и, конечно же, фармацевтический сектор будет продолжать расти. Кроме того, можно ожидать повышенного интереса к научным проектам, особенно к биологическим. Нельзя отрицать, что следует ожидать увеличения производства медицинской техники, особенно с учетом острой нехватки средств жизнеобеспечения во всем мире. Не останется в стороне и финансовый сектор. Мы можем представить себе последствия кризиса, такие как просроченные платежи по кредитным обязательствам, даже после окончания пандемии. Финансово-кредитным организациям, в том числе банкам, придется пересмотреть свою политику и стать более гибкими в текущих условиях.

Особенно важен рынок труда. В связи со всеми этими событиями не исключено, что уровень безработицы в некоторых странах тем временем повысится, так как некоторые отрасли решатся на автоматизацию своих бизнес-процессов, что вызовет еще больший спрос на ИТ-специалистов. Фармацевты и биологи будут затронуты аналогичным образом.

Однако в глобальном масштабе будет важно, какие выводы и уроки сделают правительства и смогут ли они стать анти-хрупкими, то есть более сильными после кризиса? Станет ли это посттравматическим расстройством или посттравматическим ростом? Вопросы, на которые может ответить только время.

Метки: нет меток
0

Комментарии закрыты.